- Василий Трофимович Нарежный (1780-1825) (Российский Жилблаз, или Похождения князя Гаврилы Симоновича Чистякова. Два Ивана, или Страсть к тяжбам)
- Василий Андреевич Жуковский (1783-1852) (Двенадцать спящих дев. Баллада первая. Громобой. Баллада вторая. Вадим)
- Михаил Николаевич Загоскин (1789-1852) (Юрий Милославский, или Русские в 1612 году. Рославлев, или Русские в 1812 году)
- Сергей Тимофеевич Аксаков (1791-1859) (Семейная хроника. Детские годы Багрова-внука)
- Иван Иванович Лажечников (1792-1869) (Ледяной дом. Басурман)
- Александр Сергеевич Грибоедов (1790 или 1795-1829) (Горе от ума)
- Александр Александрович Бестужев (Марлинский) (1793-1837) (Роман и Ольга. Испытание. Латник. Аммалат-бек. Фрегат "Надежда")
- Александр Сергеевич Пушкин (1799-1837) (Руслан и Людмила. Кавказский пленник. Бахчисарайский фонтан. Цыганы. Полтава. Медный всадник. Евгений Онегин. Борис Годунов. Скупой рыцарь. Моцарт и Сальери. Каменный гость. Пир во время чумы. Повести покойного Ивана Петровича Белкина. Выстрел. Метель. Гробовщик. Станционный смотритель. Барышня-крестьянка. Дубровский. Пиковая дама. Капитанская дочка)
- Евгений Абрамович Баратынский (1800-1844) (Эда. Бал. Цыганка)
- Александр Фомич Вельтман (1800-1870) (Странник)
- Владимир Федорович Одоевский (1803-1869) (Княжна Мими. Сильфида (Из записок благоразумного человека). Княжна Зизи. Русские ночи. Ночь первая. Ночь вторая. Ночь третья. Ночь четвертая. Ночь пятая. Ночь шестая. Ночь седьмая. Ночь восьмая. Ночь девятая)
- Александр Иванович Полежаев (1804 или 1805-1832) (Сашка)
- Николай Васильевич Гоголь (1809-1852) (Вечера на хуторе близ Диканьки. Часть первая. Сорочинская ярмарка. Вечер накануне. Ивана Купала. Майская ночь, или Утопленница. Пропавшая грамота. Часть вторая. Ночь перед рождеством. Страшная месть. Иван Федорович Шпонька и его тетушка. Заколдованное место. Записки сумасшедшего. Невский проспект. Нос. Старосветские помещики. Тарас Бульба. Вий. Повесть о том, как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем. Ревизор. Шинель. Женитьба. Игроки. Мертвые души. Том Первый (1835-1842) Том Второй. Портрет)
- Александр Иванович Герцен (1812-1870) (Кто виноват? Сорока-воровка. Былое и думы)
- Иван Александрович Гончаров (1812-1891) (Обыкновенная история. Обломов. Обрыв)
- Владимир Александрович Соллогуб (1813-1882) (Тарантас)
- Михаил Юрьевич Лермонтов (1814-1841) (Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова. Тамбовская казначейша. Демон. Восточная повесть. Мцыри. Маскарад. Герой нашего времени)
- Петр Павлович Ершов (1815-1869) (Конек-Горбунок)
- Алексей Константинович Толстой (1817-1875) (Князь Серебряный. Смерть Иоанна Грозного. Царь Федор Иоаннович. Царь Борис)
- Александр Васильевич Сухово-Кобылин (1817-1903) (Картины прошедшего. Свадьба Кречинского. Дело. Смерть Тарелкина)
- Иван Сергеевич Тургенев (1818-1883) (Дневник лишнего человека. Месяц в деревне. Рудин. Ася. Дворянское гнездо. Накануне. Первая любовь. Отцы и дети. Дым. Новь. Клара Милич. (После смерти))
- Павел Иванович Мельников (Андрей Печерский) (1818-1883) (В лесах. На горах)
- Федор Михайлович Достоевский (1821-1881) (Бедные люди. Белые ночи. Неточка Незванова. Дядюшкин сон. Из мордасовских летописей. Село Степанчиково и его обитатели. Из записок неизвестного. Униженные и оскорбленные. Записки из подполья. Игрок. Из записок молодого человека. Преступление и наказание. Идиот. Бесы. Подросток. Братья Карамазовы)
- Алексей Феофилактович Писемский (1821-1881) (Тысяча душ. Горькая судьбина)
- Николай Алексеевич Некрасов (1821-1877/78) (Саша. Мороз, Красный нос. Русские женщины. Княгиня Трубецкая. Княгиня М. Н. Волконская. Современники. Часть 1. Юбиляры и триумфаторы. Часть 2. Герои времени. Кому на Руси жить хорошо)
- Дмитрий Васильевич Григорович (1822-1899/1900) (Антон-Горемыка. Гуттаперчевый мальчик)
- Александр Николаевич Островский (1823-1886) (Свои люди - сочтемся. Доходное место. Гроза. На всякого мудреца довольно простоты. Лес. Снегурочка. Весенняя сказка в четырех действиях с прологом. Волки и овцы. Бесприданница. Без вины виноватые)
- Александр Васильевич Дружинин (1824-1864) (Полинька Сакс)
- Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин (1826-1889) (История одного города. Господа ташкентцы. Картины нравов. Дневник провинциала в Петербурге. Помпадуры и помпадурши. Благонамеренные речи. Господа Головлевы. Пошехонская старина. Житие Никанора Затрапезного, пошехонского дворянина)
- Николай Гаврилович Чернышевский (1828-1889) (Что делать? Пролог)
- Лев Николаевич Толстой (1828-1910) (Детство. Отрочество. Юность. Два гусара. Казаки. Кавказская повесть 1852 года. Война и мир. Анна Каренина. Холстомер. История лошади. Смерть Ивана Ильича. Власть тьмы, или Коготок увяз, всей птичке пропасть. Плоды просвещения. Крейцерова соната. Воскресение. Живой труп. Хаджи-Мурат)
- Николай Семенович Лесков (1831-1895) (Некуда. Леди Макбет Мценского уезда. Воительница. На ножах. Соборяне. Запечатленный ангел. Очарованный странник. Сказ о тульском косом Левше и о стальной блохе. Тупейный художник)
- Николай Герасимович Помяловский (1835-1863) (Молотов. Очерки бурсы)
- Петр Дмитриевич Боборыкин (1836-1921) (Жертва вечерняя. Китай-город)
- Всеволод Владимирович Крестовский (1840-1895) (Петербургские трущобы)
- Глеб Иванович Успенский (1843-1902) (Нравы Растеряевой улицы)
- Николай Георгиевич Гарин-Михайловский (1852-1906) (Детство Темы. Гимназисты. Студенты. Инженеры)
- Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк (1852-1912) (Приваловские миллионы. Золото)
- Владимир Галактионович Короленко (1853-1921) (В дурном обществе. Из детских воспоминаний моего приятеля. Слепой музыкант. Без языка)
- Всеволод Михайлович Гаршин (1855-1888) (Художники. Красный цветок. Сигнал)
- Александр Иванович Эртель (1855-1908) (Гарденины, их дворня, приверженцы и враги)
- Антон Павлович Чехов (1860-1904) (Степь. История одной поездки. Иванов. Скучная история. Из записок старого человека. Дуэль. Попрыгунья. Палата № 6. Черный монах. Учитель словесности. Чайка. Дом с мезонином. Моя жизнь. Рассказ провинциала. Дядя Ваня. Ионыч. Человек в футляре. Крыжовник. О любви. Душечка. Дама с собачкой. В овраге. Три сестры. Архиерей. Вишневый сад)
Владимир Александрович Соллогуб (1813-1882)
Тарантас. Путевые впечатления. Повесть (1845)
Встреча казанского помещика Василия Ивановича, дородного, основательного и немолодого, с Иваном Васильевичем, худым, щеголеватым, едва прибывшим из-за границы, - встреча эта, случившаяся на Тверском бульваре, оказалась весьма плодотворна. Василий Иванович, сбираясь обратно в казанское свое поместье, предлагает Ивану Васильевичу довезти его до отцовской деревеньки, что для Ивана Васильевича, сильно издержавшегося за границею, оказывается как нельзя кстати. Они отправляются в тарантасе, причудливом, неуклюжем, но довольно удобном сооружении, причем Иван Васильевич, предполагая целью изучение России, берет с собою основательную тетрадь, кою собирается заполнять путевыми впечатлениями.
Василий Иванович, уверенный, что они не путешествуют, а просто едут из Москвы в Мордасы через Казань, несколько озадачен восторженными намерениями молодого своего попутчика, который по пути к первой станции обрисовывает свои задачи, вкратце коснувшись прошедшего, будущего и настоящего России, порицает чиновничество, дворовых крепостных и русскую аристократию.
Однако станция сменяет станцию, не одаряя Ивана Васильевича свежими впечатлениями. На каждой нет лошадей, всюду Василий Иванович упивается чаем, всюду часами приходится ждать. По пути у дремлющих путешественников срезают пару чемоданов и несколько коробов с гостинцами для жены Василия Ивановича. Опечаленные, уставшие от тряски, они уповают на отдых в порядочной владимирской гостинице (Иван Васильевич предполагает Владимиром открыть свои путевые заметки), но во Владимире их ждет дурной обед, номер без постелей, так что Василий Иванович спит на своей перине, а Иван Васильевич на принесенном сене, из коего выскакивает возмущенная кошка. Страдая от блох, Иван Васильевич излагает товарищу по несчастью свои взгляды на устройство гостиниц вообще и их общественную пользу, а также рассказывает, какую гостиницу в русском духе мечтал бы он устроить, но Василий Иванович не внемлет, ибо спит.
Ранним утром, оставив в гостинице спящего Василия Ивановича, Иван Васильевич выходит в город. Спрошенный книгопродавец готов вручить ему "Виды губернского города", и почти задаром, но не Владимира, а Царьграда. Самостоятельное знакомство Ивана Васильевича с достопримечательностями сообщает ему немногое, а неожиданная встреча с давним пансионским приятелем Федею отвлекает от размышлений об истинной древности. Федя рассказывает "простую и глупую историю" своей жизни: как отправился служить в Петербург, как, не имея привычки к усердию, не мог продвинуться по службе, а потому скоро ею наскучил, как, принужденный вести жизнь, свойственную его кругу, разорился, как тосковал, женился, обнаружил, что состояние жены еще более расстроено, и не мог покинуть Петербург, ибо жена привыкла гулять по Невскому, как им стали пренебрегать былые знакомцы, пронюхав о его затруднениях. Он уехал в Москву и из общества суеты попал в общество безделия, играл, проигрался, был свидетелем, а затем и жертвою интриг, вступился за жену, хотел стреляться, - и вот выдворен во Владимир. Жена вернулась к отцу в Петербург. Опечаленный рассказом Иван Васильевич спешит к гостинице, где Василий Иванович уж с нетерпением ждет его.
На одной из станций он в привычном ожидании размышляет, где же следует искать Россию, коли древностей нет, губернских обществ нет, а столичная жизнь заемная. Хозяин постоялого двора сообщает, что за городом стоят цыгане, и оба путешественника, воодушевленные, отправляются в табор. Цыганки обряжены в европейские грязные платья и вместо кочевых своих песен поют водевильные русские романсы, - книга путевых впечатлений выпадает из рук Ивана Васильевича. Возвращаясь, хозяин постоялого двора, сопутствовавший им, рассказывает, отчего ему пришлось некогда сидеть в остроге, - история его любви к жене частного пристава изложена тут же.
Продолжая свое движение, путники скучают, зевают и заговаривают о литературе, чье нынешнее положение Ивана Васильевича не устраивает, и он обличает ее продажность, ее подражательство, забвение ею народных своих корней, и, когда воодушевленный Иван Васильевич дает словесности несколько дельных и простых рецептов выздоровления, он обнаруживает слушателя своего спящим. Вскоре посреди дороги им встречается карета с лопнувшей рессорой, и в бранящемся скверными словами господине Иван Васильевич с изумлением узнает парижского своего знакомца, некоего князя. Тот, покуда в починке его экипажа участвуют и люди Василия Ивановича, объявляет, что едет в деревню за недоимками, бранит Россию, сообщает последние сплетни из парижской, римской и других жизней и стремительно отбывает. Путешественники наши в размышлениях о странностях русского дворянства приходят к заключению, что за границей замечательно прошедшее, а в России будущее, - тарантас же тем временем приближается к Нижнему Новгороду.
Поскольку Василий Иванович, торопясь в Мордасы, здесь не остановится, описание Нижнего, а особенно его Печорского монастыря, берет на себя автор. Василий же Иванович на расспросы своего попутчика о тяготах помещичьей жизни детально оную описывает, излагает свои взгляды на крестьянское хозяйство и помещичье управление и являет при том такую сметку, рачительность и истинно отцовское участие, что Иван Васильевич преисполняется к нему благоговейным почтением.
Прибыв к вечеру следующего дня в некий заштатный городок, путешественники с изумлением обнаруживают в тарантасе поломку и, оставив его на попечение кузнеца, отправляются в харчевню, где, заказав чаю, прислушиваются к разговору трех купцов, седого, черного и рыжего. Появляется четвертый и вручает пять с лишним тысяч седому с просьбою передать деньги кому-то в Рыбне, куда тот направляется. Иван Васильевич, вступив в расспросы, с изумлением узнает, что поручатель седому не родственник, даже толком не знаком, а расписки меж тем не взял. Выясняется, что, свершая миллионные дела, расчеты свои купцы ведут на лоскутках, в дороге все деньги везут при себе, в карманах. Иван Васильевич, имея свое представление о торговле, заговаривает о необходимости науки и системы в сем важном деле, о достоинствах просвещения, о важности совмещения взаимных усилий на благо отечества. Купцы, однако, не слишком постигают смысл его красноречивой тирады.
Расставшись с купцами, автор спешит познакомить наконец читателя с Василием Ивановичем поближе и рассказывает историю его жизни: детство, проведенное на голубятне, запойный отец Иван Федорович, окруживший себя дурами и шутами, мать Арина Аникимовна, серьезная и скупая, ученье у дьячка, затем у домашнего учителя, служба в Казани, знакомство на балу с Авдотьей Петровной, отказ суровых родителей благословить сей брак, терпеливое трехлетнее ожидание, еще год траура по умершему батюшке и наконец долгожданное супружество, переезд в деревню, устройство хозяйства, рождение детей. Василий Иванович много и охотно кушает и совершенно доволен всем: и женой и жизнью. Оставя Василия Ивановича, автор приступает к Ивану Васильевичу, повествует о его матушке, московской княжне, неистовой франкоманке, сменившей Москву на Казань во время пришествия французов. Со временем она вышла замуж за какого-то бессловесного помещика, похожего на сурка, и от этого брака родился Иван Васильевич, который рос под опекой вполне невежественного французского гувернера. Остающегося в полном неведении относительно того, что происходит вокруг него, но твердо знающего, что первый поэт Расин, Ивана Васильевича после смерти матушки послали в частный петербургский пансион, где он сделался повесой, растерял все знания и провалился на выпускном экзамене. Иван Васильевич бросился служить, подражая своим, более усердным, товарищам, но начатое с жаром дело вскоре ему наскучило. Он влюбился, и его избранница, даже отвечавшая ему взаимностью, вдруг вышла замуж за богатого урода. Иван Васильевич окунулся было в светскую жизнь, но прискучил и ею, он искал утешения в мире поэзии, науки казались ему заманчивы, но невежество и неусидчивость всегда оказывались помехой. Он отправился за границу, желая рассеяться и просветиться одновременно, и там, заметив, что многие обращают на него внимание только потому, что он русский, и что к России обращены невольно все взоры, он вдруг задумался сам о России и поспешил в нее с уже известным читателю намерением.
Размышляя о необходимости отыскать народность, Иван Васильевич въезжает в село. В селе хромовый праздник. Он наблюдает разнообразные картины пьянства, от молодиц получает обидное прозвище "облизанного немца", обнаружив раскольника, пытается дознаться, каково отношение селян к ересям, и встречает полное непонимание. На другой день в избушке станционного смотрителя Иван Васильевич с брезгливостью обнаруживает чиновника, исполняющею должность исправника и теперь ожидающего губернатора, объезжающего губернию. Василий Иванович, любя новые знакомства, садится с ним за чаек. Следует разговор, во время которого Иван Васильевич силится уличить чиновника в поборах и взятках, но выясняется, что время теперь не то, что положение чиновника самое бедственное, он стар, немощен. В довершение печальной картины Иван Васильевич обнаруживает за занавеской парализованного смотрителя в окружении троих детей, старший исполняет отцовские обязанности, и смотритель диктует ему, что писать в подорожную.
Приближаясь к Казани, Иван Васильевич несколько оживляется, ибо решает написать краткую, но выразительную летопись Восточной России; пыл его, впрочем, вскоре, как и следовало ожидать, утихает: поиски источников его пугают. Он обдумывает, не написать ли статистической статьи или статьи о здешнем университете (и обо всех университетах вообще), или о рукописях в здешней библиотеке, или уж изучить влияние Востока на Россию, нравственное, торговое и политическое. В это время гостиничная комната, в коей Иван Васильевич предается мечтаниям, наполняется татарами, предлагающими ханский халат, бирюзу, китайский жемчуг и китайскую тушь. Проснувшийся вскоре Василий Иванович осматривает покупки, объявляет настоящую цену каждой, купленной втридорога, вещи и, к ужасу Ивана Васильевича, приказывает закладывать тарантас. Среди сгущающейся ночи, продвигаясь по голой степи в неизменном тарантасе, Иван Васильевич видит сон. Снится ему удивительное превращение тарантаса в птицу и полет по какой-то душной и мрачной пещере, наполненной страшными тенями мертвецов; ужасные адские видения сменяются одно другим, грозя перепуганному Ивану Васильевичу. Наконец тарантас вылетает на свежий воздух, и открываются картины прекрасной будущей жизни: и преображенные города, и странные летающие экипажи. Тарантас спускается на землю, утрачивая птичью сущность, и несется чрез дивные селения к обновленной и неузнаваемой Москве. Здесь видит Иван Васильевич князя, недавно встреченного на дороге, - тот в русском костюме, размышляет о самостоятельном пути России, ее богоизбранничестве и своем гражданском долге.
Потом Ивану Васильевичу встречается Федя, недавний его владимирский собеседник, и ведет его в скромное свое жилище. Там видит Иван Васильевич прекрасную безмятежную жену его с двумя очаровательными малышами, и, умиляясь душой, вдруг обнаруживает себя, а вместе и Василия Ивановича, в грязи, под опрокинувшимся тарантасом.
Пересказ: Е. В. Харитонова
Редактор: Новиков В.И.
<< Назад: Иван Александрович Гончаров (1812-1891) (Обыкновенная история. Обломов. Обрыв)
>> Вперед: Михаил Юрьевич Лермонтов (1814-1841) (Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова. Тамбовская казначейша. Демон. Восточная повесть. Мцыри. Маскарад. Герой нашего времени)
Рекомендуем интересные статьи раздела Конспекты лекций, шпаргалки:
▪ Налоговое право. Конспект лекций
▪ Планирование на предприятии. Шпаргалка
▪ Инфекционные болезни. Конспект лекций
Смотрите другие статьи раздела Конспекты лекций, шпаргалки.
Читайте и пишите полезные комментарии к этой статье.
<< Назад
Последние новости науки и техники, новинки электроники:
Экраны влияют на детей неравномерно в разном возрасте
01.08.2026
Планшеты и смартфоны давно стали привычной частью повседневной жизни даже самых маленьких детей. Родители часто используют гаджеты, чтобы успокоить малыша или занять его на время, однако ученые все чаще задаются вопросом, как экранное время сказывается на развитии мозга и будущей способности к обучению. Новое исследование показывает, что значение имеет не только продолжительность просмотра, но и возраст, в котором ребенок проводит время перед экраном.
Ученые наблюдали детей от рождения до 8 лет. Оказалось, что больше всего экраны влияют на мозг в два периода - в раннем младенческом возрасте и перед поступлением в школу. У детей, много времени проводивших перед экранами в эти возрастные точки, в 9 лет были несколько хуже успехи в обучении, а в 10,5 лет хуже работала рабочая память - способность удерживать и обрабатывать информацию здесь и сейчас.
Исследователи из Франции и Сингапура проанализировали данные 502 детей и выделили два ключевых этапа. У младенцев мозг развивается очень ...>>
Умные жилеты, спасающие от жары
01.08.2026
Летняя жара в больших городах все чаще становится серьезным испытанием для людей, работающих на открытом воздухе. Мусорщики, строители и другие специалисты вынуждены проводить часы под палящим солнцем, рискуя перегревом. Китайские инженеры предложили практичное решение - специальные охлаждающие жилеты, которые помогают снизить ощущаемую температуру примерно на 10 градусов.
Пока мир страдает от сильной жары, китайские инженеры разработали "умные" жилеты с климат-контролем. Жилеты с кондиционированием почти не отличаются от обычной рабочей одежды. Главное отличие - в системе охлаждения. В городе Нанкин в жилет вмонтированы два вентилятора, работающих от портативных аккумуляторов. Одного заряда хватает на 3-4 часа непрерывной работы.
В Чанчжоу решили разместить в карманах охлаждающие элементы с материалом, который при нагревании переходит из твердого состояния в жидкое, активно поглощая тепло. Это поддерживает комфортную температуру в течение 2,5-4 часов. Такие жилеты выглядят почти ...>>
Летающие ветротурбины 3 МВт вышли в серию
31.07.2026
Традиционные ветряные электростанции зависят от силы и стабильности ветра у поверхности земли, где воздушные потоки часто бывают слабыми и порывистыми. На больших высотах ветер обычно сильнее и постояннее, поэтому инженеры уже давно рассматривают возможность подъема турбин в воздух. Китайская компания сделала важный шаг в этом направлении, перейдя от испытаний к мелкосерийному производству.
Компания Beijing Linyi Yunchuan Energy Technology запустила мелкосерийное производство летающей ветротурбины S2000, а в провинции Чжэцзян возводят отдельный завод по производству материалов для оболочки аппарата. У компании уже есть предварительные договоренности с прибрежными городами и горными регионами, которые рассматривают возможность использования этой технологии для удовлетворения собственных энергетических потребностей. Прототип, который полгода назад только что поднялся в небо над Сычуанем, теперь превращается в целую отрасль.
Идея S2000 проста: вместо того чтобы устанавливать ветряну ...>>
Случайная новость из Архива Каллиграфия возвращается в школы
02.02.2026
В эпоху тотальной цифровизации, когда дети с ранних лет осваивают планшеты и клавиатуры, традиционное рукописное письмо постепенно вытеснялось из школьных программ. Курсивное письмо, с его плавными соединенными буквами, исчезло из обязательных требований в США, Финляндии и Швейцарии, уступив место цифровым инструментам.
Однако последние годы отмечают поворот: все больше экспертов и законодателей говорят о возвращении каллиграфии, подчеркивая ее роль в развитии мозга и когнитивных навыков. Одним из самых свежих примеров стал штат Нью-Джерси - последний в США, где экс-губернатор Фил Мерфи подписал закон, обязывающий преподавать курсив в 3-5 классах начиная со следующего учебного года.
Нейробиологи и педагоги давно отмечают, что письмо от руки представляет собой гораздо более сложную задачу для мозга, чем набор текста на клавиатуре. Процесс требует координации мелкой моторики, визуального контроля и интеграции множества сенсорных сигналов, что активирует обширные нейронные сети. Хотя прямые доказательства превосходства именно курсива над обычным печатным письмом (где буквы пишутся отдельно) пока ограничены, исследования убедительно показывают преимущества рукописного письма в целом по сравнению с печатью.
Карин Харман Джеймс, нейробиолог по развитию из Университета Индианы в Блумингтоне, изучает почерк с 2004 года и подчеркивает, насколько важна мелкая моторика для обучения. В одном из ее экспериментов дошкольников, еще не умевших читать, учили либо писать буквы от руки, либо набирать их на клавиатуре. При последующем сканировании функциональной магнитно-резонансной томографией у детей, практиковавших письмо, активировались те же области мозга, которые задействованы у взрослых во время чтения. У группы, ограничившейся клавиатурой, такой закономерности не наблюдалось. Эти данные, подкрепленные поведенческими тестами, свидетельствуют, что процесс письма от руки значительно улучшает распознавание букв и цифр.
Одри ван дер Мейер, нейробиолог из Норвежского университета науки и технологий в Тронгейме, также сравнивала мозговую активность при письме и наборе текста. С помощью сети электродов на головах детей она обнаружила, что во время письма от руки электрическая активность концентрируется в зонах, отвечающих за обучение и память, тогда как при печати эти области задействованы гораздо слабее. По ее словам, формирование сложных двигательных паттернов при письме пером стимулирует мозг гораздо эффективнее, чем простые нажатия клавиш. В Норвегии, где некоторые школы полностью перешли на цифровое обучение и выдают шестилеткам планшеты с первого дня, учителя уже жалуются на детей, которые едва держат карандаш, и ученые рекомендуют вернуть обязательное письмо от руки.
Вирджиния Бернингер, исследовательница из Вашингтонского университета в Сиэтле, посвятившая изучению почерка почти три десятилетия, предлагает поэтапный подход. По ее мнению, в 1-2 классах (примерно с 6 до 8 лет) стоит сначала осваивать печатные буквы, поскольку большинство детских книг и материалов написаны именно в таком стиле. Это соответствует принципу психологии, что активное производство усиливает восприятие. Начиная с 4 класса, по данным ее исследований, введение курсива дает заметные преимущества в орфографии, скорости письма и качестве композиций.
В то же время канадские ученые, наблюдавшие за второклассниками, пришли к несколько иному выводу: дети, которые весь период начальной школы обучались только одному стилю - либо курсиву, либо печатному письму, - показывали лучшие результаты, чем те, кто переходил с одного на другой. Группа, изучавшая исключительно курсив, дополнительно превосходила остальных в синтаксисе и словообразовании. Однако многие эксперты сходятся на том, что однозначных доказательств абсолютного превосходства одного стиля над другим пока недостаточно.
Карин Харман Джеймс признает, что курсив сложнее осваивать детям, но предполагает, что он может развивать ловкость, внимание и мелкую моторику. Одри ван дер Мейер напоминает о принципе мозга "используй или потеряешь", подчеркивая необходимость регулярной практики. Кроме когнитивных выгод, письмо от руки сохраняет культурное наследие: возможность написать любовное письмо, стихотворение или хотя бы список покупок вручную остается важной частью человеческого опыта.
|
Другие интересные новости:
▪ Гренландия всплывает
▪ Монитор разрешением 8K Dell UltraSharp UP3218K
▪ Ультразвук высушит белье
▪ Однокристальная система Ambarella S3L
▪ Coca-Cola, Apple и IBM - лучшие мировые бренды
Лента новостей науки и техники, новинок электроники
Интересные материалы Бесплатной технической библиотеки:
▪ раздел сайта Медицина. Подборка статей
▪ статья Джон Рокфеллер. Знаменитые афоризмы
▪ статья Чем пишут в условиях невесомости американские и российские космонавты? Подробный ответ
▪ статья Мешочный узел. Советы туристу
▪ статья Многофункциональные часы-термостат с дистанционным управлением на микроконтроллере. Энциклопедия радиоэлектроники и электротехники
▪ статья Как сделать медное покрытие на стали. Химический опыт
Оставьте свой комментарий к этой статье:
Главная страница | Библиотека | Статьи | Карта сайта | Отзывы о сайте

www.diagram.com.ua
2000-2026